Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

burning

Сатир и обезьяна

Уже античные авторы ассоциировали некоторые типы обезьян с сатирами. Античная и средневековая антропология предполагала наличие в Индии и Эфиопии фантастических народов, наделенных хвостами. В различных классификациях хвостатые племена сближались с сатирами и, в свою очередь, с обезьянами. То есть, происходило наложение классификаций – хвостатых племен и обезьян. Появился даже своеобразный тип изображения – обезьяна и сатир в пределах одной сцены. Так, в некотрых бестиариях обезьяна и сатир не следовали друг за другом в разных рубриках, а могли изображаться вместе.
195.00 КБ
Сатир и обезьяна. Иллюстрация из бестиария 12. века. Лондон, Британская Библиотека
Collapse )
burning

Первый средневековый слон


Иллюстрация из Каталонского Атласа, составленного еврейским картографом с Майорки Авраамом Крескасом и его сыном Иеhудой, состоявшими на службе у Педро IV. Арагонского. 1375-1377. Еврей Ицхак гонит слона в Европу :)

Карл Великий направил посольство к багдадскому халифу Гаруну-аль-Рашиду. Делегация состояла из трех человек: еврея Ицхака и его двух помощников. Среди ценных подарков, переданных халифом императору наибольшее восхищение вызвал СЛОН. Назад вернулся только Ицхак, его же спутники погибли в пути. Среди ценных подарков был еще и другой слон, а точнее, целых четыре - в наборе шахмат, которые халиф преподнес императору, положив тем самым начало европейскому увлечению этой игрой.

burning

О льве и единороге

Интересно, что медальон Ходоровской синагоги, о которой я писала в прошлый раз, изображает "поцелуй" льва и единорога, что символизирует воссоединение колена Иеhуды с потерянными десятью коленами в конце времен.



Однако существует и вариант изображения именно схватки, борьбы, противостояния этих двух существ. В этом случае в нем читается намек на мидраш о виденной юным царем Давидом битве единорога и льва, а также на связь (sic!) между материальным и духовным.

море

Ходоровская синагога


Роспись деревянной Ходоровской синагоги (1652) представляет собой уникальный каталог еврейской символики и эмблематики. К сожалению, сохранилось далеко не всё. Многообразие, изобилие мотивов, орнамента, животных и фантатсических существ - это своего рода принцип, лежащий в основе "Перек Шира", когда каждое из творений прославляет своими способами Создателя.
Collapse )
burning

Иллюстрации из "Лейпцигского Махзора" (1320)


Моше передает Тору еврейскому народу

В средневековом еврейском искусстве был, как известно, популярным способ изображения людей с головами птиц или животных (т. н. зоокефальный феномен). Интересно, что существовали своеобразные переходные формы, когда происходило наложение, наслоение одной техники на другую: в человеческом лице можно было прочитать черты птицы. Лейпцигский махзор датируется всего двадцатью годами позже, чем так называемая Агада Птичьих голов (1300). То есть маловероятно, что речь идет о некоей эволюции, так как миниатюры в обоих случаях были созданы почти современниками. Вопрос в смыле этого следа, улики, отсылающей к Агаде Птичьих голов. С моей точки зрения, эта частичная деформация человеческого лица является знаком осведомленности художника о существовании авторитетной галахической и соответствующей ей художественной традиций. Следуя "облегчающему" мнению, миниатюрист изображал человеческое лицо, но отдавал при этом дань противоположной точки зрения и наделял его птичьим клювом. Правильно было бы говорить о компромиссном варианте, соединяющем оба подхода. Художник следовал путем еврейской логики, когда "кушья" (противоречие) разрешается таким образом, что находится ситуация или положение вещей, при котором казавшиеся несовместимыми элементы смогут существовать, не противореча друг другу.


Collapse )
burning

Лабиринт

В еврейской художественной традиции существовал особый тип изображения сцены осады Иерихона - город представлялся в виде лабиринта. Подобные лабиринты-"иерихоны" встречаются и в христианских иллюстрациях к книге Иеhошуа. Отличие еврейского варианта Иерихона заключается в том, что там в виде лабиринта представлен весь город, на христианских же изображениях город находится в центре окружающего его лабиринта. То есть, грубо говоря - христианская схема требовала прохождения зрителем запутанного лабиринта, прежде чем он достигал его центра - города Иерихона. В еврейском же варианте сам город был лабиринтом, а не его конечной точкой. Традиция изображать семь опоясывающих стен намекала на семикратный обход стен города, совершенный евреями перед его разрушением. Существуют изображения лабиринта Иерихона, наглядно демонстрирующие некоторые моменты, связанные с историей захвата города.
Лабиринт мог иметь не только орнаментальное значение. Образ лабиринта использовал, например, РАМХАЛЬ (раби Моше-Хаим Луццато) в своем сочинении "Путь праведных" для обозначения состояния человека, потерявшего верный путь и находящегося во власти своего дурного начала: "Что это нам напомниает? Лабиринт (ган hамэвуха), то есть парк для развлечения, известный у вельмож. Деревья стоят стеной, а между ними много тропинок, нарочно спутанных и перепутанных, и все похожи одна на другую. Цель попавших в этот лабиринт - добраться до беседки, стоящей посередине этих тропинок. Есть прямые тропинки, которые приводят к беседке, а есть и обманные тропинки, уводящие от цели. Идущий по лабиринту не знает, по какой тропинке идет, по прямой или по обманной, потому что они все схожи, и глаз не различает, верный путь или неверный. Но человек, который уже был здесь, знает дорогу по приметам - и он может добраться до цели. Стоящий в беседке видит все пути перед собой и различает между настоящим и ложным. Он может предостеречь тех, кто идет по тропинкам, и сказать: 'Вот он, прямой путь, идите по этой дороге!' Кто поверит - дойдет до намеченного места, кто не поверит и пойдет туда, куда ведут его глаза, - заблудится и не доберется до цели. Так же обстоит дело и с тем, кто еще не владеет своим злым началом: он блуждает среди тропинок, не различая верного пути. Но владеющий своим злым началом, то есть уже выбравшийся из путаницы тропинок и добравшийся до беседки, ясно видит все пути". Рамхаль использует эффекты садового лабиринта для иллюстрации этических идей. Садовый лабиринт такой структуры, которую он описывает, предполагает две точки зрения - человека, блуждающего между стен лабиринта, и человека в беседке, который обозревает весь лабиринт целиком, получая тем самым ключ к разгадке его тайны. Нужно сказать, что европейские садовые лабиринты создавались не исключительно для забавы, а могли включать в свою программу те элементы, о которых говорит Рамхаль. Интересно, что образ садового лабиринта часто использовался в качестве эмблемы: либо так называемой моральной, иллюстрирующей опасности жизненного пути, его непредсказуемости; либо в качестве мистической эмблемы в алхимии и герметизме, символизирующей поиски адептом истины.


Так называемая Библия Фархи, 1366-1382 гг, Испания. Иерихон в лабиринте.
Collapse )